Ярослав Павлов: «ИИ не заменит руководителей»

Российские компании испытывают острый кадровый дефицит. Согласно данным Росстата, в декабре 2024 г. уровень безработицы сохранялся на отметке 2,3%. Безработица на столь низком уровне создает сложности для бизнеса и замедляет развитие экономики. В попытке найти решение многие обращают внимание на искусственный интеллект (ИИ) – технологии уже помогают в подборе персонала, автоматизируют рутинные задачи и анализируют большие массивы данных. Однако ИИ не только пока не способен заменить руководителей, но и ставит перед ними новые вызовы, считает ректор ИМИСП Ярослав Павлов. В интервью журналу «Форум» он рассказал о «ловушке мнимого предложения» на руководящие должности, какими ключевыми навыками должны обладать управленцы и когда они начнут работать в тандеме с ИИ.

– В России уровень безработицы весь прошлый год держался на исторически низких показателях. В каких сферах наблюдается острый дефицит специалистов? И ожидается ли дальнейший рост безработицы?

– Прогнозы на ближайшие годы разнятся. Есть данные Банка России о том, что в 2025 г. этот показатель может вырасти до 2,6%, что очень мало. Многие говорят о среднегодовом прогнозе в 3% в горизонте до 2027 г., что не сильно лучше. Низкий уровень безработицы – это то, что подстегивает конкуренцию за кадры, стимулирует рост зарплат, но становится ограничением для роста экономики. Слишком высокий уровень создает нестабильность и социальное напряжение в обществе. Но есть показатель эффективного уровня безработицы, который находится в районе 5–7%. Он позволяет, с одной стороны, удерживать адекватную стоимость сотрудников на рынке труда, а с другой – не вызывает социальной нестабильности.

Статистика говорит о том, что сегодня больше всего не хватает квалифицированных сотрудников на линейных позициях. По прогнозам экспертов, к 2030 г. дефицит кадров составит 2–4 млн человек. Но статистика – вещь достаточно сложная, особенно когда мы поверхностно оцениваем эти цифры. Если же начать разбираться в этой теме более глубоко, то в разных отраслях и сферах становится видно множество нюансов. Например, считается, что на руководителей особого дефицита нет. И Минтруда РФ недавно выпускал прогноз, что к 2029 г. количество вакансий для руководителей сократится примерно на 500 000. Но здесь нужно понимать, что управленческая позиция – это и генеральный директор, и тимлид дизайнеров. Это разные позиции. Также есть понимание, что есть нехватка людей в принципе, а есть – дефицит квалифицированных кадров. В этом контексте нехватка квалифицированного персонала стоит на порядок выше, чем нехватка кадров вообще. И дефицит квалифицированных управленческих кадров сейчас жесточайший. 

– Насколько сегодня остро стоит проблема дефицита управленческих кадров?

– Здесь есть некое искажение видимой ситуации. Например, сегодня очень не хватает сварщиков. Допустим, кто-то публикует эту вакансию – на нее откликаются именно профессиональные кандидаты. С вакансией руководителя совсем другая ситуация. На нее откликается какое-то количество адекватных и опытных людей, которые действительно могут принять участие в отборе, но также на эту позицию пробуются люди без соответствующей квалификации и опыта, а некоторые кандидаты в принципе не способны быть руководителем. Поэтому если мы посмотрим на количество откликов на позицию руководителя – их всегда очень много. Это очень сильно искажает реальную картину, поэтому статистика здесь мало о чем говорит. В реальности бизнес сегодня мало того что не видит, откуда брать опытных руководителей, он зачастую недоволен текущей квалификацией большинства существующих управленцев. В результате прямого дефицита по цифрам нет, но есть скрытый.

– В последние годы многие компании все больше средств вкладывают в роботизацию, цифровизацию и развитие сервисов на базе искусственного интеллекта. Но способно ли развитие ИИ решить проблему дефицита кадров?

– Вопрос действительно хороший. Когда начали активно говорить про искусственный интеллект, все прогнозировали, что мы скоро начнем жить в благополучном обществе, где ИИ будет работать, а мы – пожинать плоды этой работы. Однако так, скорее всего, никогда не будет. Для того, чтобы нам приблизиться к компенсации кадров за счет ИИ и робототехники, технологиям нужно пройти намного дальше нынешнего уровня, а главное – нужно серьезно развивать методологию их применения.

Если говорить про успехи искусственного интеллекта в целом, то они впечатляют. У меня первое образование как раз техническое, я заканчивал ИТМО. И помню, как в начале 2000-х некоторые преподаватели говорили о том, что ИИ никогда не создадут. Сейчас, конечно, есть о чем подискутировать, но у нас уже есть успешная практика его применения в бизнесе, если мы говорим о выполнении ограниченного набора задач.

Повторюсь, нужно очень постараться, чтобы искусственный интеллект полностью заменил людей на управленческих позициях. Вероятно, это станет возможным в будущем, когда ИИ будет запускаться на квантовых компьютерах, у которых такие вычислительные мощности, которые нам сейчас и не представить. И возможно, тогда алгоритмы ИИ будут сравнимы с человеческим интеллектом. 

– Когда такой сценарий будет возможен? И при каких условиях?

– Может быть, это произойдет лет через 50, а может – через 15–20 лет. С учетом того, сколько внимания этому сейчас уделяется, возможно, в обозримом будущем нас ждет технологический прорыв. Но в ближайшие годы этого не произойдет. Чтобы ИИ помогал решать управленческие задачи, нужно реализовать два аспекта. Первый – это развитие инструментов, которые можно применять в компании. А второй – это, конечно, обучение руководителей, чтобы они умели применять искусственный интеллект в работе. 

Например, мы внедрили цифрового ассистента, которым пользуются почти все руководители ИМИСП. И я вижу, что благодаря этому мы получили определенный прирост в эффективности. Где-то ИИ выполняет задачи секретаря, где-то помогает организовать мозговой штурм, а где-то – собрать информацию из разных источников. Это локальный пример, который при этом может становиться точкой отсчета для решения более серьезных задач.

Сейчас многие руководители постепенно осознают, что им нужно научиться хорошо писать промты (запросы или инструкции, которые человек вводит для взаимодействия с ИИ). Но некоторым из них сначала нужно научиться ставить четкие задачи своим сотрудникам. Иногда им кажется, что раз они хорошие коммуникаторы – этого достаточно. Но важно уметь и людьми управлять, и искусственным интеллектом пользоваться. И в основе этого лежат одни и те же метанавыки.

Ну и, конечно, стоит понимать, что ИИ – это помощник, который не заменит, а усилит людей. Условный пример. Компания внедрила в свою работу систему с ИИ, что позволит ей сократить трудозатраты на 500 человеко-часов в месяц. Значит ли это, что можно уволить 2–3 человек? Или они просто будут работать меньше? Нет, они должны будут заняться другими задачами, которые и раньше перед ними стояли, но на них не было времени. Это позволит повысить эффективность, результативность, сдержать раздувание штата. Но дефицит квалифицированных кадров это будет закрывать только тогда, когда бизнес научится корректно внедрять системы на базе ИИ, не ради хайпа, а ради бизнес-результата.

– Какие навыки станут ключевыми для руководителей в эпоху высокоразвитого искусственного интеллекта? Чему уже сегодня необходимо обучать руководителей разных уровней?

– Последние 3–5 лет я говорю о том, что руководителям нужно развивать так называемые метанавыки (это универсальные умения, которые стоят над обычными навыками и позволяют быстрее осваивать новые компетенции). Например, это системное мышление, эмоциональный интеллект, умение учиться и прочее. В современном мире, где все так стремительно меняется, нужно развивать базовые навыки, связанные с мышлением, которые являются основой для всего остального. Это очень важная задача. Именно поэтому во всех наших программах мы много внимания уделяем рефлексии, систематизации и интеграции знаний. Учиться критическому мышлению по книжкам очень неэффективно. Это можно делать только через практику, через призму вещей, близких к реальной жизни. Это то, на чем стоит делать акцент. Поэтому мы в своих программах прорабатываем специальные решения, которые позволяют усилить метанавыки.

– И все же в перспективе можно ли решить кадровый кризис с помощью ИИ? 

– Наверное, я бы не стал делать ставку только на искусственный интеллект. Скорее, нужно рассматривать весь комплекс современных технологий, таких как робототехника, интернет вещей и прочее: то, что относится к «Индустрии 4.0» (концепция Клауса Шваба, изложенная в одноименной книге 2016 г.). Но вопрос в том, насколько эффективно это будет работать. Например, мы знаем, что в Китае тоже наблюдается определенный дефицит кадров. В КНР заметно растет количество роботизированных заводов, потому что количество дешевых рук сильно снизилось. Для того, чтобы использовать робототехнику, нужны соответствующие технологии и деньги на внедрение этих технологий. Но возникает вопрос: как много компаний могут позволить себе в сегодняшних условиях внедрять искусственный интеллект или роботизированные технологии на производственных линиях? Еще важнее спросить: как много компаний имеют для этого должные компетенции и много ли у кого есть основа для внедрения этих технологий? 

Здесь мы снова возвращаемся к тому, что необходимо сначала разобраться с моделью управления в компании. Нельзя просто решить проблемы бизнеса за счет технологий или денег – сначала нужно наладить эффективность работы и культуру управления. Есть фраза: прежде чем что-то успешно автоматизировать, сначала нужно навести порядок, если автоматизировать бардак – получится автоматизированный бардак. 

Например, если руководитель хочет внедрить в работу компании искусственный интеллект для поддержки принятия решений, это значит, что алгоритм будет решать какие-то внутренние задачи предприятия. И сначала необходимо предоставить системе какие-то данные, на основе которых ИИ сможет выдавать решения. Выходит, что у предприятия уже все должно быть оцифровано, систематизировано и приведено в порядок. 

Генеративный ИИ – это языковая модель, алгоритм, который работает с набором символов и фраз, комбинирует и рекомбинирует их. В этих алгоритмах нет целеполагающего и рефлексирующего субъекта. Поэтому уповать все время на то, что сейчас придет новая технология и начнется волшебство, – это достаточно наивно. Сначала нужно навести порядок, а потом применять технологии.

– Как вы думаете, какие управленческие функции всегда останутся в зоне ответственности человека?

– Во-первых, это целеполагание. Оно должно идти от человека, причем не только потому, что искусственный интеллект пока не может ставить цели, но и из-за возможных рисков, если ИИ научится этому полноценно. Я технооптимист, но все-таки считаю, что целеполагание нам нужно оставлять за собой. 

Во-вторых, это коммуникационная функция. Человеку нужен человек, от этого мы никуда не денемся еще долго, в этом наша природа. Это две зоны, которые в наибольшей степени будут оставаться за человеком. Остальные управленческие задачи будут выполняться совместно, руководители и эксперты будут со временем работать в тандеме с ИИ.

Полную версию текста читайте в деловом журнале «Форум» № 19 от 14 марта 2025 г.