Какие изменения в экологическом законодательстве затронут промпредприятия в 2026 году
Высокие темпы промышленного роста ставят перед предприятиями новые вызовы, один из них – экологическая повестка
В Санкт-Петербурге по состоянию на март 2026 г. функционирует около 860 крупных и средних промышленных предприятий, а также 28 000 микро- и малых предприятий, следует из данных Смольного. Суммарно на них работают более 441 000 человек. Как следует из данных Петростата, в Северной столице индекс промышленного производства в январе-декабре прошлого года составил 105,4% к аналогичному периоду 2024 г., а в целом по России – 101,3%. Таким образом, темпы прироста промышленности в Петербурге оказались выше, чем в среднем по РФ.
Однако сравнительно высокие темпы роста ставят перед промышленностью новые вызовы, одним из которых является экологическая повестка. Регуляторные требования к природоохранной деятельности ужесточаются. Эксперты, опрошенные изданием «Ведомости Северо-Запад», рассказали, какие ключевые изменения в экологической повестке произошли в период 2025-2026 гг. и как они влияют на работу промышленных предприятий.
Коррекция экостандартов
В 2025-2026 гг. был утвержден ряд новых законодательных норм в сфере экологии, говорит руководитель департамента Института проектирования, экологии и гигиены Руслан Куртаев. «Основные усилия законодателя и регуляторов направлены на упрощение административных процедур для бизнеса при одновременном ужесточении контроля за соблюдением требований в критически важных сферах, таких как охрана атмосферного воздуха и обращение с отходами», – пояснил он.
Так, в 2025 г. вышло распоряжение Правительства № 2409-р, утвердившее ставки за негативное воздействие на окружающую среду (НВОС) на период 2026-2030 г. Распоряжение предусматривает ежегодное повышение ставок. Например, ставка за выбросы 1 т диоксида азота (высокотоксичный газ красно-бурого цвета с резким удушливым запахом, образующийся при сгорании топлива и промышленных выбросах) к 2030 г. увеличится в 9 раз и достигнет 1965,9 руб./т.
С 1 марта 2026 г. начал действовать обновленный порядок проведения и согласования мероприятий при наступлении неблагоприятных метеорологических условий (НМУ). Как отметил Куртаев, главное нововведение: для предприятий I категории становится обязательным получение специализированного метеорологического прогноза. Также вводится дифференцированный процент снижения выбросов в зависимости от прогноза и типа объекта.
Также с 1 марта изменилась процедура получения комплексных экологических разрешений (КЭР). Теперь заявления на выдачу КЭР необходимо будет подавать через Единый портал госуслуг, за исключением случаев, связанных с государственной тайной. Ранее такие заявления подавались через ГИС Минпромторга.
При этом в 2026 г. может быть принят ряд законопроектов, которые находятся на финальных стадиях рассмотрения, добавил Куртаев. Например, Минприроды РФ подготовило поправки в закон «Об охране атмосферного воздуха», согласно которому регионы сами смогут устанавливать целевые показатели снижения выбросов для предприятий I и II категорий. «С принятием законопроекта ответственность за чистоту воздуха сместится на уровень регионов. Для предприятий это означает, что требования могут стать более жесткими и конкретными, привязанными к локальной ситуации со здоровьем населения, а не только к федеральным нормативам», – пояснил эксперт.
Экологические инициативы
На федеральном уровне сегодня предлагается большое количество законодательных инициатив в сфере экологии и промышленной безопасности. Например, 16 февраля в Госдуму был внесен законопроект, которым предлагается устанавливать дополнительные охранные зоны для государственных природных заказников. На текущий момент охранные зоны предусмотрены для заповедников, национальных и природных парков, а также памятников природы. Под дополнительной охраной понимается буферная зона шириной не менее 1 км, которая будет установлена по периметру заказника.
По мнению председателя совета директоров «Гринлайф Фэктори» Михаила Гончарова, в случае принятие данной нормы, это станет для промышленного сектора не столько прямым запретом, сколько новым фактором стратегического планирования территорий и инвестиций. Фактически формирование таких буферных зон может ввести новый уровень регулирования для компаний, когда земля остается в собственности, но перечень допустимых видов деятельности на ней существенно сужается.
«Наибольшее влияние инициатива окажет на проекты с высокой экологической нагрузкой и длительным инвестиционным циклом – добычу полезных ископаемых, переработку сырья, объекты хранения отходов и крупную промышленную логистику», – отметил Гончаров.
При этом на экологию влияют не расстояния, а технологии, применяемые предприятиями для нивелирования негативных воздействий. Именно поэтому, по его словам, международная практика демонстрирует, что баланс между защитой экосистем и сохранением промышленной активности достигается за счет гибких, но регулируемых механизмов допуска. Например, в странах Евросоюза проекты, реализуемые вблизи особо охраняемых природных территорий, проходят углубленную экологическую оценку, а не запрещаются к размещению вовсе.
«Ключевую роль в этом процессе играют современные технологические решения. Речь идет о внедрении наилучших доступных технологий, систем непрерывного экологического мониторинга, замкнутых циклов водопользования, снижении выбросов и отходов, а также использовании цифровых инструментов оценки воздействия», – пояснил Гончаров.
Также в октябре 2025 г. глава Роспотребнадзора Светлана Радионова выступила с предложением о создании Экологического кодекса. Причиной инициативы стало то, что за последние пять лет в России было принято более 300 нормативных документов, которые необходимо систематизировать.
Нагрузка на бизнес
Опрошенные «Ведомостями» эксперты отмечают, что в последние годы изменения экологического законодательства все сильнее влияют на работу промпредприятий. В частности, переход на новые экологические стандарты традиционно требует от компаний серьезных вложений, пояснила доцент кафедры менеджмента Президентской академии в Санкт-Петербурге Екатерина Малевская-Малевич.
«Внедрение наилучших доступных технологий предполагает многомиллиардные инвестиции в модернизацию оборудования, системы очистки и автоматизированный контроль. В условиях санкционных ограничений и изменения логистических цепочек это становится для многих компаний дополнительным вызовом, но одновременно и стимулом для развития собственных технологических компетенций», – отметила Малевская-Малевич.
Например, в нефтяной отрасли новые природоохранные стандарты включают создание резервов боновых заграждений для ликвидации разливов, что также сопряжено с большими расходами, хотя вероятность крупных инцидентов крайне мала, добавила экономист. «Однако практика последних лет показывает, что риски существуют, и их игнорирование может обернуться гораздо более серьезными последствиями», – считает она.
При этом многие компании внедряют современные экологические технологии до того, как они становятся отраслевой нормой. Директор по управлению проектами ГК «АБЗ-1 Дмитрий Павлов» отметил, что подобные проекты реализуются и в дорожной отрасли. Речь идет о повышении эксплуатационных характеристик асфальтобетонов, в том числе устойчивости к климатическим нагрузкам, снижении шумности, при этом внимание также уделяется экологическим параметрам производства и применения смесей.
«Асфальтобетонные заводы по своей технологической природе неразрывно связаны с городской инфраструктурой: смесь должна доставляться на объекты в горячем состоянии и в строго ограниченные сроки. Современные технологии позволяют до минимума сократить дискомфорт от соседства с предприятиями дорожной отрасли: минимизировать шум, запахи и пыль. Современные типы заводов позволяют изолировать технологические процессы и радикально уменьшить воздействие на окружающую среду», – отметил он».
На настоящий момент в промышленной зоне «Белоостров» в Петербурге планируется строительство асфальтобетонного завода закрытого типа. Проект включает использование систем аспирации, фильтрации и очистки выбросов. Ожидается, что такие решения будут способствовать снижению воздействия на окружающую среду по сравнению с традиционными типами производства.
«В целом ситуация в экологическом регулировании на начало 2026 г. характеризуется высоким уровнем турбулентности. С одной стороны, государство завершает переход на нормирование по НДТ и цифровизирует контроль. С другой, бизнес сигнализирует о том, что текущий вектор регулирования усиливает фискальную нагрузку на экономику. На этом фоне формируется запрос на системные изменения», – резюмировал Куртаев.